Друзья

Господи! Мороз ночей январских и пустота дорог - не тайные ли это преграды к празднованию Рождества Твоего?
Душа темна, морозна и пустынна, Господи. Слышится вдали слабое пение птицы молитвы моей, но не видишь эту птицу в ночи, окутавшей душу и сердце.
Да взойдет скорее звезда Твоя в непроглядной ночи, да сгинут демоны тоски, тревоги и похоти!
Пусть воссияет свет из пещеры Твоей над моей душой и над всем миром, Господи!
Как трудно различить милости Твои в дебрях души, поросшей лесом греха, покрывшейся снегами равнодушия, погрузившейся во тьму январской ночи!
Но тайные, незаметные знаки ведут меня сквозь лес туда, где пылает сокрытый во мраке огонь сердца.
Это пещера Рождества Твоего, Господи. Тебе уже поклонились нищие пастухи и принесли с Востока драгоценные дары волхвы, уставшие от мудрости земной.
В этой пещере всегда полыхает огонь, мирно блеют ягнята, а Мать заботливо и нежно склоняется над Младенцем.
Дай же и мне согреться в пещере Рождества Твоего!

Господи! Призраки преисподней снова зашевелились в сердце моем и хотят преградить мне дорогу к Рождеству Твоему.
Вижу я их силуэты, беззвучно скользящие вверх из глубин сердца, вижу, как околдовывают они мой ум отравленными образами, вливают в уши сладкий ядовитый шепот.
Господи! Сколько же раз эти призраки, сотканные из тьмы, окруженной синеватым свечением, сколько раз эти исчадия ада похищали у меня светлый праздник Твой!
Сколько раз величественный и прекрасный корабль Рождества Твоего отправлялся в снежную ночь без меня, а я барахтался в темных ледяных волнах, глядя, как корабль Твой удаляется и удаляется сквозь непроглядную тьму, не способную поглотить его.
Потом, лишь потом, чудом, волей Твоей, Господи, настигал я этот корабль на утлой лодчонке, продрогший и выбившийся из сил, измотанный призраками преисподней, танцевавшими у меня на пути.
Господи! Не дай кораблю Твоему уйти в этот раз без меня, не дай ледяной волне смыть меня в темное море призраков.
Да славится Рождество Твое, Господи!

Господи! Сквозь метели и слякоть, сквозь столпотворения бездушных ослепляющих огней на бесконечных трассах пробираюсь я к Рождеству Твоему.
Где та пещера, в которой должен родиться Ты, Царственный Младенец?
Как разглядеть мне звезду Вифлеемскую среди мириад холодных огней на австострадах?
Как избавиться от Ирода, темным помыслом следующего за мной и мечтающего убить Младенца?
Вперед и вперед лечу я, прорываясь сквозь заторы на дорогах и красные огни светофоров.
Забрызгано грязью дорожной лобовое стекло, видны лишь десятки, сотни, тысячи летящих рядом со мной во тьме теней, да поток холодных огней на встречной. Но верю я, что смогу увидеть свет звезды Вифлеемской.
Звезда поведет меня по запутанным сетям дорог, к спрятанной в стороне от широких трасс благословенной пещере, где Ты мирно спишь в яслях под небесным, лучистым взором Пречистой Матери Твоей.
Белая птица молитвы спрятана у меня на груди и выпорхнет она над яслями Твоими.
Ее пение будет и ладаном, и золотом, и смирной, что я хочу принести Тебе.
Проклятый Ирод заплутает среди бесчисленных бездушных огней, мчащихся в ночи, а я, поклонившись Тебе, иным путем отойду в иные страны.